воскресенье, 26 мая 2013 г.

"Мадонна"...



Мама решила уйти от отца. Накрыла стол к обеду, отец никогда не садился обедать без сервировки. Выстирала  и вывесила форменные рубашки за прошедшую неделю и нагладила на следующую. Полила цветы. Вымыла полы. Взяла  два чемодана « Гросс Германия» с нашей одеждой, вазочку из розового хрусталя и мое ненавистное, но очень дорогое и новое пианино «Петрофф». Все было погружено на военный грузовик. Усаживаясь в машину с морским офицером, помахала рукой обалдевшим соседкам, попросила присмотреть за мужем и уехала.
Мы ,дети, в это время гостили у Бабы и когда посыпались одна за другой тревожные телеграммы от отца, Дом стал напоминать военный штаб. Под руководством Бабы писались вразумляющие и укоряющие письма и телеграммы маме от лица всех родственников и друзей, заказывались междугородние переговоры и билеты на поезд-пароход-самолет. Ставились различные психические диагнозы, и в самом деле, не могла же она уйти «в никуда» от  такого мужа, «без пяти минут» генерала. Возникали предположения – одно страшнее другого. От мамы ничего не было, кроме денежных переводов для нас, детей. А ждали слез, покаяния, готовности вернуть все на свои места. Но мама ушла окончательно и решения не изменила. И тут Баба спохватилась – а вещи где? Все эти нажитые -накопленные непосильным трудом за годы работы заграницей сервизы, хрустали, дивандэки, ковры,шубы, картины и елочные игрушки, наконец! Дело близилось к сентябрю и мама приехала забирать нас к новому месту жительства ,к новой семье и к новой жизни. Скандал длился три дня, вплоть до посадки в самолет. Основным рефреном звучало, что девочки, то есть мы, оставлены без приданого и у меня в голове закралось страшное предположение, что без сервиза « Мадонна» замуж уж меня точно не возьмут. Прошли годы, но при каждом нашем приезде Бабой извлекался список оставленных отцу вещей и вещей подаренных Бабой, но также оставленных там. Мама приезжала к Бабе редко, и каждый ее приезд также завершался скандалом. А отец тем временем женился на маминой подруге и приезжая к нему в гости, мы чувствовали себя очень уютно с мачехой, которую знали  и любили с детства и окруженные вещами, среди которых росли. Зимой, перед отъездом на каникулы к отцу, мама готовила торжественный обед и обе пары собирались вместе за столом, обсуждая наши успехи в школе. Многие сослуживцы отца, вернее ,их жены, не понимали маму, вернее ее поступок с вещами, осуждали ее за то что отказалась от такого хорошего мужа и жалели нас, практически бесприданниц, в связи с отсутствием сервиза «Мадонна» в частности. Оказалось, что многие лучше нас знали, сколько чего было оставлено отцу ,и с каждым годом перечень оставленного магическим образом увеличивался. Со временем я разлюбила ездить и к отцу, чтобы не выслушивать гадости про мать от друзей семьи. Прошли годы,как-то очень рано и неожиданно умерли родители. Потерялась где-то наша любимая мачеха. Забылись все скандалы, ссоры, детали и обстоятельства развода. Лишь иногда Баба по привычке оглашает список утраченного имущества и сама же себя останавливает, вспомнив, что «одних уж нет, а те далече». Пару лет назад я случайно попала в гости к друзьям родителей, они вместе служили в Германии. Было интересно посмотреть на них и представить своих родителей в преклонном возрасте. Ведь они ушли совсем молодыми. Старики развеселились, рассматривая старые фотографии и рассказывая курьезные случаи из службы в Германии. Увидев, что я рассматриваю сервант до отказа заполненный немецкими сервизами, статуэтками, пивными бокалами и «дупельками», хозяйка вдруг  что-то вспомнила и стала искать в ящиках серванта. После просмотра фотографий вспомнили про старый кинопроектор и я с щемящей грустью смотрела на молодых и счастливых родителей танцующих вальс и на себя, несущейся по двору на велосипеде. Время пролетело незаметно, и при прощании хозяйка передала мне пожелтевший бумажный сверток. « Вот возьми! Это ваше. Одолжила у твоей мамы на отходную перед заменой в Союз  и не успела отдать. Всю жизнь хранила, ждала случая вернуть». В газету « Красная звезда» за 1973 год были  тщательно запакованы четыре тарелки из сервиза «Мадонна».

четверг, 23 мая 2013 г.

Ку-ку...

Проснулась часов в пять от "ку-ку" и подумала,какое счастье просыпаться от крика кукушки. На улице светает и красотища такая,что захватывает дух. Но холодно. Одела джемпер потеплее,подумала,и прибавила еще и куртку. В машине даже печку включила и отправилась в офис. В течении дня стала замечать что-то странное в своих клиентах и когда зашла девушка в шортах - поняла,что что-то не так. Меня пригласили на ланч и я выбралась таки из офиса. Ощутила себя в шубе и на пляже. За столько лет никак не привыкну к резкой смене сезонов в нашем регионе. К вечеру потеплело до +30,а на ночь я уже мазала мужу сгоревшую шею и руки кремом от загара. И за один день зацвел сад. Одним словом- "ку-ку".

Трабл...

Отличное словечко "трабл" заимствованное мною у одного из клиентов. Есть такие события в нашей жизни,которые только "траблом" и назовешь. Взяла кошку своих знакомых на время отпуска. Кошка как кошка,зовут Фрося, морда кругло-рязанская,глаза огромные блюдца. Но перед этим у кошки тоже случился "трабл" новорожденных котят забрали,мужа-кота отлучили,саму забросили в переноску и увезли. Для домашней-домашней кошки это "трабл". На новом месте встретили ее не очень-то любезно. Не дали лучшее место,не поделились миской,шипели и рычали. Она стояла, поджав мокрый хвост под мокрое брюхо,потому что уписалась в дороге от переживаний, и нервно вдыхала незнакомые запахи. Наш кот еще раз обошел вокруг нее и хлопнул ее лапой по морде. И тут у кошки кончилось терпение - она поняла,кто виноват во всем это и ринулась на....меня. Она остервенело впивалась в мои ноги, зарапала мой живот,вонзалась в руки. С трудом оторвала ее от себя. Как же мне было обидно! Штанина просто набухла кровью,ногу то мою почти откусили. Полчаса зализывала раны,вернее заливала перекисью, морщилась от йода и бинтовала-бинтовала. Потом подошла к ней, Фрося взглянула на меня и потерлась о ноги. Типа прости уж, сорвалась,видимо послеродовая депрессия. Через два часа она снова кинулась на меня,но тут уж я была в всеоружии и дала ей отпор. Позвонила хозяйке и предупредила,что привезу кошку обратно. А потом представила себя на кошкином и хозяйкином  месте и успокоилась. Сын взял заботу о Фросе на себя. Поселил ее в гостевом домике и она превратилась в плюшевую игрушку рядом с ним. Вчера после работы пошла взглянуть на нее через оконце и она снова кидалась и шипела на меня даже через стекло. И тут до меня дошло,что главный ее "трабл" это я.

воскресенье, 19 мая 2013 г.

С праздником...



«День добрый! Участковый беспокоит. Я ничего не перепутал, ведь это же Вы мать гражданина N.? Скажите, а Вам сын давно звонил? Давно? Правда? Угу. Нет, ничего не случилось. Я так. Скажите, а были ли у него светлые джинсы? Не знаете? Вы обязаны знать одежду своего сына! Ну и что, что год с Вами уже не проживает! Ну и что, что ничего о нем не знаете! Так были светлые джинсы? С чего это Вы решили, что его убили? Нет, ничего он не натворил! Просто мы труп нашли. Ага. Трупу тоже примерно месяц, но может и больше, там его мыши объели, поэтому у Вас и спрашиваю про джинсы. Что тут непонятного! А может и не Ваш сын. Так точно он Вам не звонил? Странно. Ну, извините. С праздником!» В трубке звонки. Оседаю в свежевскопанные грядки. Сердце вот-вот лопнет. А майский день разливается во всем своем великолепии над моей головой.

суббота, 18 мая 2013 г.

Евровидение

И сижу ж каждый год в самую рань у экрана,и пою,и пританцовываю и переживаю сразу за всех и всем посылаю привет и воздушные поцелуи. На днях с удивлением узнала,что оказывается,я всему дому не даю спать раз в год своим усердным сопереживанием. Интересно,почему мне всегда казалось,что я одна дома??? Что ж, мне так нравится - разглядывать лица,ощущать атмосферу праздника,наслаждаться общим настроением. Это как сходить на вечеринку заочно... А победитель мне совершенно не важен.

четверг, 16 мая 2013 г.

Колбаскин суп...



В пятницу у меня почти выходной. Это значит, что работаю я дома.  И я могу быть одна ,сама с собой, наедине с собой, заниматься собой и… варить свой любимый «колбаскин» суп. Оооо! Это еще тот процесс! Для начала нужна вода, чтобы вымыть картофель, и я мчусь за водой, одновременно представляя, как совсем уж скоро, к концу строительного сезона вода у меня будет подведена к кухне, да, собственно и кухня будет уже построена. Задираю голову и любуюсь на стропила будущей крыши. Вот что значит своя стройка – переплетения балок, стропил, каких-то там реек кажутся просто кружевными в лучах утреннего солнца. Зависаю над ведром, в которое падает хрустальная струйка. Ух! Ледяная! Для меня это чудо – и свой колодец и свой кран! После нескольких лет хождения за водой на реку  – это реальный прогресс!!! Звонит телефон в кармане – и перспектива супа откладывается на целых полчаса. По пути к крыльцу  зависаю над клумбой силясь распознать, что же там уже успело взойти. Пока чистится-режется картофель , тушится на сливочном масле лук – обдумываю завтрашний день и делаю заметки в ежедневнике. Пора в птичник – кормить кур и заодно взять яйца для супа. Там кипит своя жизнь – куры разъяренные моей неторопливостью буквально выбивают двери, вид флегматичного гуся напоминает мне о крапиве. Вернее, об  неосторожно данном обещании нарезать птицам крапивы. В зарослях прошлогодней травы сочные пучки крапивы , щавеля, дикого лука, чуть дальше на выкошенном лугу примулы и фиалки всех цветов. Дома я еще через полчаса – с букетом, щавелем, яйцами. Кастрюля встречает меня возмущенным бульканьем, комп – сообщениями всех мастей, телефон пропущенными вызовами. Все же рабочий день в разгаре. Полчаса на ответы. Время резать самоё колбасу – и на пороге появляется его величество Волнистый Египетский Браш Бакст. Откуда этот проныра знает, что я  не чищу картофель, не режу лук или помидоры, и не мою щавель в данный момент?????????? Пять минут торгуемся за хвостик колбасы, затем гордо подняв хвост, он удаляется на улицу. Так ,петрушка, дикий лук, пара яиц и супчик дня готов. Накрываю себе стол в саду. Отключаю телефон. Двенадцать. Полдень. Время, когда папа Римский садится за стол и с ним вся Франция, Италия и кто-то там еще, ну и я в своей таежной деревушке, с разницей в восемь часов во времени . Фа-фа! Почтальон! Кто сказал, что он звонит дважды , наш сигналит – до упора, во вылета стекол, до хрипоты  всех соседских собак… Терпеливо подписываю извещения…
А дальше все в японском стиле:  Изящная лапа над парящим супом….Ветка сакуры над столом….Примулы в цвету….Прощай «колбаскин» суп…

Майн кампф...



Бывают дни, когда я ощущаю себя подлым адольфом, с которым борются все, кому не лень – налоговые инспекторы, арендаторы, пристава, дорожные полицейские и почтальоны, наконец… И, блин ,побеждают же. А я, в очередной раз ,зализывая раны, строю новые свои «барбароссы» и держусь на плаву благодаря своему здоровому пофигизму. Чего уж тут лукавить, давно поняла, что не расстреляют ,не посадят, не отберут. Потому как сума, тюрьма, взлет-падение, блеск-нищета, а самое главное кайф и драйв от всего этого – пройдено, и не раз. Хочу стабильности и обыденности, такой простой, как «колбаскин суп» по пятницам и месса в воскресенье.

Однажды в Вене...



Однажды в Вене…
Просыпаться совсем уж рано в этом городе моветон. Не хочется видеть и знать рабочих приготовлений в имперском городе. Вылетела на улицу в предвкушении и тут же перешла на степенный шаг. Она, Вена, к этому располагает. Вскоре узкие высокие улицы начинают клубиться народом. Смесь восторженных возгласов, звонков, пощелкивания хлыста ,треньканья входных колокольчиков, монотонного, многоязычного  гула  заполняет их доверху, как кувшин .Так и хочется задрать голову и посмотреть куда же это все улетает. С балкончиков и окон в ответ приветливо улыбаются цветы – гирлянды, корзинки, горшочки гераней, петуний, лобелий. И уже совсем не помнится, зачем смотрел вверх, а руки тянутся к фотоаппарату. Стелется пряный запах  из приоткрытых дверей кофеен, остро вторит ему смесь лошадиного пота и кожаной сбруи, умиротворяет увядающая свежесть утренних букетов…И я иду – не знаю еще куда, глазею на сотни разных лиц, останавливаюсь в круговороте экскурсий, попадаю на групповые снимки и застываю перед уличными артистами. Полуденное солнце плющит сидящих в уличных кафе отвесными лучами, дробится в тонких бокалах и  граненых кружках. Ход времени замедляется. Жара. Горячие волны отражаются от  средневековых стен. Прячусь в гулкой прохладе Св.Стефана. Уфффф! Высота! Душа парит вверху, под самыми сводами! Рой свечей напоминает россыпи золотистых угольков. В огромной чаше маленькое озерцо святой воды. Прикасаюсь к нему пальцами, переношу вечную таинственную прохладу ко лбу и ощущаю поток благодати во всем теле.  На выходе сталкиваюсь с каким-то до боли знакомым лицом, глаза встречаются – миг недоверия, потом удивления, потом радости… наше общее прошлое разбивается о нынешнее настоящее. Не хочется расспрашивать, говорить банальности. Хочется просто помолчать рядом – продлить иллюзию вернувшейся молодости.
- Я угощу тебя кофе, хочешь? Нет ,непременно угощу! У ВАС такого не достать! На этой улице в два раза дешевле! Не нужно платить! У меня здесь кредит !- перед входом в крошечное кафе стоит два плетеных стула и грязноватый столик.
- Я свободен! Я абсолютно свободный художник! Я рисую много и в удовольствие! Там бы я умер с голоду!- прохаживаемся вдоль рядов рисунков, выполненных карандашом за 10 евро.
- Вот, моя дочь! Между прочим ,студентка! Да, она подрабатывает аниматором иногда!- вымазанная мелом и золотистой пылью девушка приветливо машет нам рукой, на мгновение теряюсь и кладу в коробку монетку.
-Ну, давай, расскажи, как вы там выживаете? Ты видела ,КАКИЕ у нас магазины?- пытливый взгляд касается моей сумки, одежды, прически.
Разговор напоминает  что-то этакое серое и липкое, из прошлых времен ,и магия первого мгновения встречи исчезает. Возникает досада на такую обыденность, на растраченную попросту чужую жизнь, разменянную на пособие, колбасу и муниципальное жилье, на потерянное очарование встречи с молодостью. Плачу за кофе сама, торопливо прощаюсь, напрасно обещаю писать-звонить, отвожу глаза от самодовольного лица и потертого жилета.
Вена не дает задуматься и загрустить, кружит меня в водовороте улиц и выносит к дверям гостиницы. С ключом передают конверт. Ага. Еще одна встреча с прошлым. Правда, на этот раз запланированная.
Ровно в назначенное время сидим в машине, осторожно произношу формальные фразы, улыбаюсь на всякий случай.
- Эй, ты! Стоило ли ехать в такую даль, чтобы спросить меня о погоде! Здорово, что ты здесь!-целует в обе щеки, и проводит ладонью по макушке.
- Мы взяли тебе билет в Оперу! Пойдешь одна – у нас дела, но вечером ужинаем вместе! Расскажешь как там, а то сами-то были только на экскурсии двадцать лет назад! – смешно морщит нос, и я понимаю, что и еще через 20 лет его вряд ли заманишь туда.
- Так, меряй ,давай! Уверена, что это тебе нравится? Ненавижу магазины! Ты не меняешься!- это платье в подарок для вечернего выхода в приложение к билету. Кстати, это мой первый поход в Венскую оперу.
Вечер проводим на террасе  загородного дома. Дневная жара напоминает о себе теплом от каменной плитки и запахом трав. Свет свечей скрадывает морщинки и годы, глаза блестят, как двадцать пять лет назад. Мы не изменились. Выросли дети, пронеслись события, годы, бытовые бури, страсти и события. Ценности остались те же.
Вчера наводила порядок в гардеробной. Из чехла для вечерних платьев пахнуло теплым вечером, духами, пылью бархатного партера. Ах, однажды в Вене…

Помидорка...

А Сашка любил КАМАЗы. До самозабвения. Он мог часами рассказывать о преимуществах этих широкомордых махин. « Смотри, какая гидравлика! Я р...